Упреки, обиды, обвинения…

В Интернете появилось письмо одного из сотрудников музея-заповедника. Познакомим наших читателей с его содержанием: «На днях Переславский музей-заповедник получил приказ о выводе экспонатов из экспозиции «Удивительный мир природы Залесского края», которые выставлены в естественно-историческом отделе, расположенном в бывшей Никольской церкви. Срок — до 14 октября 2014 года.

В 2012 году было подписано соглашение о передаче в 2018 году помещений, в которых находится музей, Церкви. На какие деньги переводить музей в другое помещение, мало кого волнует. Не дожидаясь установленного срока, всяческими уговорами, переговорами с участием парламентариев различного уровня вплоть до губернатора, представителей двух федеральных министерств — культуры и финансов, Думы, а также прокуратуры, бесконечными звонками и трепанием нервов, Департамент вместе с РПЦ вынудили руководство музея подписать договор о проведении служб в южном пределе Успенского собора до 30 сентября 2014 года.

Собор у нас летний, не отапливаемый и не электрифицированный. На зиму он закрывается. С приближением 30 сентября, РПЦ стала слать на имя руководителей музея письма о том, что в соборе холодно, церковная утварь портится, а прерывать службы — большой грех, поэтому для служб музей должен отдать РПЦ Никольскую надвратную церковь. Департамент в УСТНОЙ форме требует от музея освободить Никольскую церковь от музейных отделов и экспозиции.

Музей просит у Департамента ПИСЬМЕННОЕ распоряжение или приказ об освобождении Никольской церкви. Но чиновники такой приказ издать не могут, потому что тем самым нарушат закон. Согласно ему никто не имеет права до 2018 года музей сгонять с места без предоставления других помещений.

Тем не менее, поступил приказ о реэкспозиции отдела природы к 14 октября и к 1 декабря перенести его в помещение на улице Ростовской, 10. Сроки настолько нереальные, что даже неудобно поинтересоваться, все ли в Департаменте знакомы со своими же распоряжениями о сроках строительства экспозиций и выставок.

Таков механизм передачи музейных площадей церкви. Крайним во всей этой ситуации — музей. У департамента тоже ведь начальник имеется, а у того — свой.

В результате этих танцев с РПЦ Переславль может остаться без государственного музея. Пораспихают коллекции по закоулкам, по церквям да другим музеям. И то сказать, жирно мы в Переславле живем, наша участь — бусами перед туристами трясти, а не настоящее научное музейное дело развивать. Слишком накладно это для нашего нищего государства».

…Так совпало, что в тот день, когда это письмо появилось в соцсетях, в редакцию пришла настоятельница Горицкого монастыря матушка Ефросинья. Она поведала историю взаимоотношений с музейными сотрудниками.

В 2012 году Правительством Ярославской области принято решение о передаче Горицкого монастыря в собственность Ярославской епархии Русской Православной Церкви. Как уже было сказано выше, расположенный на территории монастыря Переславский историко-архитектурный музей-заповедник должен до 2018 года освободить занимаемые помещения. Один из вариантов — старые корпуса завода ЛИТ, о чем имеется предварительная договоренность с директором предприятия Н.Д.Шиловым.

По словам матушки Ефросиньи, которая прислана в Переславль с поручением — собирать средства для восстановления обители, были и другие предложения, но руководство музея согласно только на корпуса ЛИТа. Матушка утверждает, что директор ЛИТа готов, при перечислении хотя бы половины средств, освободить помещения, но, судя по всему, музейные сотрудники не торопятся перебираться на новое место.

— Непонятно, почему речь идет о 2018 годе, — удивляется матушка Ефросинья. — Переезд должен состояться не позднее 2015 года, так как здания ЛИТа могут быть проданы другому. Желающие имеются. Это не сделано пока только из уважения Николая Дмитриевича к служителям Церкви и его заботе о сохранении музейных ценностей. Уже принято решение о выделении 800 млн. рублей на переселение музея. 21 октября средства должны поступить, после чего можно будет начать переоборудование помещений ЛИТа для нужд музея. Но чем ближе срок переселения, тем больше мы ощущаем нападки со всех сторон, якобы, мы притесняем музей, выживаем его. Нам трудно договариваться с областным Департаментом культуры, потому что есть мнение, что мы не можем найти общий язык с директором музея. В мае по согласованию с областным Департаментом культуры и руководством музея в Богоявленском Успенском соборе начались воскресные службы. Первая литургия была проведена 18 мая, пришло очень много переславцев. Мы соблюдаем все условия, которые нам выдвинули работники музея. В помещении Богоявленского собора нельзя пить чай и пользоваться электроприборами, мы этого и не делали. Но певчим, чтобы голос звучал, надо обязательно пить чай. Первое время мы приносили термосы из дома и пили чай на улице, но как-то пошел дождь и нам предложили сделать навес. Потом, когда выяснилось, что у нас нет места, где бы можно было хранить облачение, свечи, посуду и различную утварь, нам предложили поставить вагончик. Благотворители привезли его и установили в укромном местечке, там, где нам указали музейные сотрудники. Каждый свой шаг мы согласовываем с директором музея или его заместителем, выполняем все условия. А нам в ответ разрешили проводить литургию только два часа, хотя этого недостаточно. Нам приносят много записочек о здравии и за упокой, я не успеваю читать все молитвы. А теперь нас не пускают в храм. В последний раз мы стояли у закрытых врат и прямо на улице на холоде проводили службу, потому что ее нельзя прерывать. Нам должны были отдать Никольскую церковь, но пока отдали только надвратную часть, где находится экспозиция отдела природы. Представьте, идет служба, а в алтаре олени стоят, конечно, мы попросили вынести экспонаты оттуда. В монастырь прибывают сестры, которым надо где-то жить, хранить свои вещи. Им предложили располагаться в полуподвальном помещении Успенского собора, где нет света, электричества, отопления. В то же время есть теплая удобная комната, где расположен информационный центр. Я предложила организовать перенос компьютеров в подвал, где все отремонтировать, а помещение отдать нам. Но мне отказали в категорической форме.

У матушки более 200 снимков, которые кричат об ужасающем состоянии музейных помещений.

— Я понимаю музейных сотрудников, они уходят, но можно же было сделать хоть что-то, чтобы помещения не разрушались, — сокрушается матушка.

Особенно ее беспокоят протечки, которые ведут к разрушению зданий. По ее просьбе приехали известные архитекторы, чтобы оценить объемы ремонтных работ и их стоимость. По разрешению Департамента культуры из Федоровского монастыря привезли леса, чтобы обследовать крышу, потому что иначе на нее не попасть.

— Чтобы устранить протечку, мы подготовили все документы и отправили их в Департамент культуры, мы вообще согласовываем каждый свой шаг. Вот хотели позолотить купол, но ждем разрешения, хотя чем позже его получим, тем дороже нам обойдутся работы.

По словам матушки Ефросиньи на недавний крестный ход пришло более 350 человек, из них более половины — жители Переславля.

— Может быть, это и есть причина того, что музейные работники так к нам относятся, потому что в музей приходят в день от силы человек десять. А может, их задело, что, когда приезжало телевидение, я сказала на камеру, что мы не нашли взаимопонимания. Я сказала, посмотрите — какая красота, но в каком состоянии находится объект культуры: окна разбиты, кругом разруха, все сыпется. Батюшка, который ведет службу, стоит на сквозняке. Разрушается даже то, что было сделано всего семь лет назад…

Матушку Ефросинью до слез обижает то, что она всегда относится к ближним с любовью, молится об их здравии и ждет в ответ человеческого отношения.

— К нам вроде бы неплохо относятся. Мы делаем только то, что нам предлагают, никого не притесняем, а нас обвиняют во всех смертных грехах.

Но матушка трудностей не боится. За ее плечами — опыт руководства крупными промышленными предприятиями, а после того, как она полностью посвятила себя служению Богу, с ее помощью было восстановлено десять монастырей, Горицкий — одиннадцатый. Матушка Ефросинья надеется, что с Божьей помощью ей удастся довести начатое дело до конца.

Елена Светлая.

Author: Елена Светлая

8 thoughts on “Упреки, обиды, обвинения…

  1. Выселение было бы благом и для музея, и для монастыря. Музею давно тесно в монастырских стенах. Только вот выселяться некуда. А торопливая и гадкая ложь «сестёр» делает невозможным даже временное пребывание музея и монастыря на одной территории.

  2. Удивительно, что происходит с сознанием людей! Как можно выселять один из крупнейших провинциальных музеев! Разве в городе мало действующих монастырей и храмов?

  3. Да, к сожалению, все чаще происходят столкновения между музеями и церковью. Казалось бы, организации, которые должны преследовать единые цели — патриотическое и духовное воспитание и возрождение нашей страны. Все чаще музеи разрушают и выпихивают в неприспособленные для музейной работы помещения. За что? За то, что сохранили до наших дней помещения церквей и монастырей? За хранение утвари и икон, за их реставрацию?
    Очень много уже примеров, что происходит, когда музей освобождает здания и передает церковное имущество назад церкви. Сколько памятников уже пострадало, сколько просто утрачено. Монастырь ведет хозяйственную жизнь, зачастую невзирая на исторические артефакты: заменяется брусчатка на новую тротуарную плитку, забеливаются изразцы, пристраиваются пристройки и искажается историчекий вид, подсвечники ставятся вплотную к старинным иконам и пр., но сейчас это мало кого почему-то волнует.
    И жаль, что церковь, сама некогда гонимая, сегодня принимает активное участие в гонениях музеев. Почему не ищут компромиссов? Неужели история ничему не учит?

  4. «У матушки более 200 снимков, которые кричат об ужасающем состоянии музейных помещений….» А если бы музейщики записывали на видеокамеру все разговоры и вранье Матушки, то прихожан в церквях тут же поубавилось бы. Бог ей судья, раз уж она, служитель Бога, не боится ничего. Настоящий ЗАХВАТ пока не принадлежащих ей территории и зданий. До 2018 года она ждать не может, видимо, не хочет, а на Музей (один из крупнейших провинциальных музеев в России) — ей НАПЛЕВАТЬ. Творится настоящее беззаконие. Нарушение всех законов и правил. И я уверенна, что если люди, которые пишут различные комментарии в защиту Матушки по поводу быстрейшего освобождения и т. д. и т. п., называют музейщиков невеждами, разрушителями, хоть один разок включат разум и логику, почитают различные исторические ДОСТОВЕРНЫЕ вещи(о том, что сами церковники бросили в свое время монастырь на произвол судьбы, практически «разграбя» и увозя все самое ценное, и что М.Смирнов со своей командой музейщиков собирал все по крупицам), когда люди начнут рассуждать разумно, вот тогда будет порядок.

  5. Подняла статистику и бухгалтерскую отчетность за время служб — с 10 июля по 30 сентября: в музее более 15 000 посетителей, на службах — около 300. На утренние службы приходят по 3-5 человек, на праздники по 30. Видно ст. монахиня Ефросинья попутала что-то. Не её дело посетителей считать, её дело Богу служить. А посетителей смотрители считают, у них на это инструкция есть.

  6. — Может быть, это и есть причина того, что музейные работники так к нам относятся, потому что в музей приходят в день от силы человек десять.
    От силы не человек, а автобусов 10 с экскурсиями приезжают.

  7. Фрагмент ворот, которые здесь опубликованы — сфотографированы до реставрации 2013 года. Опять вранье?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

четыре − 4 =