Человек в коляске

Барьеры «безбарьерной среды»

Приезжая в Западную Европу или США, россияне удивляются количеству инвалидов, которые свободно передвигаются по улицам, сидят в ресторанах и посещают экскурсии. Кажется, что в России их несоизмеримо меньше. На самом деле это не так, только в Переславле пенсию по инвалидности получает сегодня почти каждый четвертый житель города. В нашей стране просто нет условий, чтобы люди с физическими проблемами могли жить полноценной жизнью, хотя забота о них отражена в критериях оценок работы чиновников и губернаторов. Реальность такова, что многие проблемы, с которыми так или иначе сталкиваются инвалиды, по-прежнему в первую очередь связаны с отсутствием безбарьерной среды.

Между тем на выполнение мероприятий первого этапа госпрограммы было выделено около 168,5 млрд рублей. А на программу до 2020 года заложили сумму почти втрое большую — 494,7 млрд рублей.

Но, к сожалению, мероприятия по созданию безбарьерной среды нередко затрагивают лишь общественную инфраструктуру, а вот приспособленность самих домов и квартир для жизни человека с особыми потребностями упускается из виду. Большинство таких людей вынуждены существовать в закрытом пространстве своей квартиры долгие годы. И получается, что пандусами, которыми в последнее время стали оснащать новые магазины и учреждения города, практически никто не пользуется, ведь для наших колясочников проблемы барьеров начинаются не на улицах, а уже в собственных домах.

 

Жизнь как она есть

Не так давно общество инвалидов отметило 30-летие. Было все как положено: поздравления, подведение итогов, выступления руководства города, награждение активистов, застолье. Но как же далеки от этого мероприятия те, кто волею судьбы оказался прикованным к инвалидному креслу на долгие годы. Совершенно случайно именно в эти дни мне посчастливилось познакомиться с удивительной женщиной — Валентиной Николаевной Беляевой, которая вот уже 34 года прикована к коляске.

Честно говоря, целью встречи было узнать, как чувствует себя человек-колясочник в нашем городе, какая оказывается помощь, как организована его жизнь с учётом того, что государство выделяет немалые средства, чтобы люди с нарушениями опорно-двигательной системы не были выкинуты из общественной жизни.

Мы проговорили почти три часа, на протяжении которых Валентина Николаевна рассказывала историю своей жизни, которая оказалась удивительно богатой на события, встречи с хорошими людьми, которые ей очень много и совершенно бескорыстно помогали. А вот на государство и чиновников Валентина Николаевна очень обижена. Судя по тому, что рассказ её не прерывался ни на минуту, женщина много раз перебирала все мгновения своей жизни, и ей очень хотелось поделиться переживаниями. Только изредка, при воспоминании о самых трагических моментах, наворачивались слёзы.

 

Судьбою предначертано

…Семья переехала в Переславль из Ростовского района, где муж работал в детском санатории для детей с заболеваниями верхних дыхательных путей. В Переславле ему предложили возглавить инфекционную больницу, а Валентина устроилась в детскую библиотеку. С помощью руководства города им предоставили огромную по тем временам квартиру в доме на улице Менделеева. Семье из шести человек: родители Валентины, она с мужем и двое детей, квартира показалась роскошной. Особенно радовались дети, которые легко могли по ней кататься на велосипеде, тем более что из мебели было только самое необходимое. Валентина Николаевна часто думает, что, видимо, её судьба была предначертана сверху. Иначе как получилось, что им дали такую квартиру, которых было всего-то пять на город.

Работа в библиотеке Валентине нравилась, но для её деятельной натуры была скучновата. Чтобы её разнообразить, проводила много мероприятий с детьми, часто совместно с Домом пионеров. Но и этого ей было мало. Решила стать экскурсоводом, закончила курсы. Дети росли, жизнь налаживалась.

Несчастье, которое перечеркнуло всю дальнейшую жизнь благополучной семьи, случилось солнечным днем 31 мая 1984 года, через несколько дней после того, как она отметила с друзьями 36-ой день рождения. Машина, в которой ехала Валентина, попала в аварию — на полном ходу отлетело колесо, и автомобиль, несколько раз перевернувшись, вылетел в кювет. Валентина оказалась единственной пострадавшей в аварии.

— Как потом оказалось, мы чудом избежали лобового столкновения, — вспоминает женщина. — Я потеряла сознание, а когда очнулась, ничего не понимала — лежу на траве, солнышко светит, тишина, только птички поют…

Приехавшие медики констатировали компрессионный перелом позвоночника с повреждением спинного мозга. Муж Валентины поднял всех знакомых. Но в клинике Бурденко не было мест, и она оказалась в Соловьёвской больнице в Ярославле. Операция прошла удачно. Потом девять месяцев реабилитации. Дело шло на поправку, уже появилась чувствительность в ногах, стала понемногу ходить, правда, с ходунками. Через год ей предложили вынуть из спины поддерживающие пластины, которые мешали восстановлению тонуса мышц. Валентина согласилась. Но ей не повезло. Операцию проводил хирург, которому для защиты диссертации нужно было отработать новый метод лечения — иссечение спаек в спинном мозге. После операции её отправили домой выздоравливать. Тогда еще Валентина не оставляла надежды встать на ноги, изучала все методики восстановления. Одну, по которой занимался Валентин Дикуль, ей прислала ведущая программы «Здоровье» Элеонора Белянчикова. Но ожидаемого прогресса не наступало. Позже врачи крымского санатория в городе Саки, куда несколько раз приезжала Валентина, за голову схватились, узнав о том, какой операции подверглась женщина:

— Вмешательство в такую неизученную область как спинной мозг — это преступление, — говорили специалисты.

Кстати, Валентину Николаевну поразило, насколько город, где располагался санаторий, приспособлен для жизни колясочников. Люди с нарушениями опорно-двигательной системы могли самостоятельно посещать кинотеатры, выставки, ездить на рынок и в магазины. Люди там тоже очень отзывчивые, всегда спешили на помощь, если коляска застрянет. В санатории она познакомилась со многими интересными людьми, которые по разным причинам лишились возможности ходить. Среди них были врачи, известные артисты, спортсмены, дипломаты и просто хорошие отзывчивые люди. Они делились радостями и переживаниями, давали друг другу советы и потом долго поддерживали отношения — звонили, писали. Некоторые впоследствии очень помогли ей не впасть в отчаяние, когда сын проходил службу сначала в Горном Карабахе, а потом в Спитаке, куда его часть направили после разрушительного землетрясения, но это было потом. А пока Валентина Николаевна продолжала курс реабилитации, освоила тренажеры. Её поддерживали врач-невролог Юрий Михайлович Бакланов, часто посещала Елена Константиновна — жена известного архитектора Вячеслава Ижикова, да и сам Вячеслав Николаевич. Именно он поделился мечтой построить в Переславле дом для колясочников с пандусами, столовой и библиотекой, садом. Как будто предчувствовал, что и с ним случится такая же беда.

 

Чёрная полоса в жизни

От Валентины ушёл муж, не выдержав испытаний жизни с больной женой, женился на молодой здоровой женщине и уехал из города, потому что ни коллеги, ни друзья не простили ему предательства. Отправился на военную службу сын, хотя ему могли дать отсрочку по семейным обстоятельствам. Именно в это время начался конфликт между Азербайджаном и Арменией, а через какое-то время ей пришло письмо от сына, где она узнала, что он служит в горячей точке. Сын писал, что у него все хорошо, но материнское сердце болело, не переставая, за свою кровиночку.

— Соберемся втроем — я, дочка и мама, и плачем, — рассказывает Валентина Николаевна.

А потом сын пропал. Не стало ни писем, ни звонков, хотя парень служил связистом и мог дать о себе знать. Вот тогда помогли хорошие знакомые по санаторию из Армении. Они нашли его живым и здоровым. Но только у Валентины отлегло на душе, как узнала, что часть сына отправили в Спитак. Что там творилось, она видела по телевизору и понимала, как трудно 19-летнему сыну видеть весь этот ужас. Служба сына в армии закончилась, но напряжение последних месяцев дало о себе знать — у нее случился инсульт, парализовало всю левую сторону. Благодаря грамотному лечению удалось восстановиться, но левая рука до сих пор слушается плохо.

В 90-е годы Валентина Николаевна вступила в общество инвалидов. Платила взносы, а реальной помощи или просто внимания так и не дождалась. Только коробочку конфет к празднику. Выживали, как могли, — на свою и мамину пенсии да крошечное пособие на детей. А нужны были массаж, уход, санаторий, на что-то надо было одеваться, питаться. Даже гуманитарная помощь, которая в те годы поступала в Переславль, до неё не доходила. Вязала вещи на продажу и дочке, которая к тому времени стала студенткой. Просила, чтобы от общества инвалидов дали работу. Предложили клеить коробочки, но платили мало, а другой работы не было.

Правда, Валентине выделили мотоколяску (давно это было), но Валентина ею пользоваться не могла, пришлось её продать и купить машину, чтобы сын мог возить мать. Как-то привезли подъемник для ванны. Установить его нужно было самим, но как монтировать и пользоваться, непонятно, потому что инструкция была на иностранном языке, и подъёмник занял место в углу за шкафом. Потом Валентина Николаевна заказала металлическое сиденье для ванны, которое увидела в каком-то журнале.

— Привезли непонятно что, деревянную доску, совсем не то, что заказывали, — поясняет Валентина Николаевна. — Сколько документов собрали, сколько хлопотали, чтобы получить простую деревянную доску.

Стоит ли говорить, что сиденье отправилось к подъемнику. Туда же была сослана уличная коляска, которая оказалась без подлокотников, потому что с больной спиной на ней ездить невозможно. Попросила коляску с электроприводом, но оказалось, что ей такая не положена, потому что у неё имеются в наличии обе руки.

— А то, что одна рука после инсульта плохо двигается, никто не принял во внимание, — с горечью заметила женщина.

Но даже если бы уличная коляска и была, то спуститься с четвертого этажа женщина не могла. Попробовали полозья, которые ей выдали, но первая же попытка спустить коляску по ним закончилась неудачей. Хорошо, что дети помогают, навещают, но у них работа, семьи, много времени уделять не могут.

 

Затворница

По словам женщины, социальные службы и общество инвалидов вспоминают о ней только во время выборов, когда нужно проголосовать за определенного кандидата. Но она принципиально отказывается от участия в выборах, потому что депутаты, к которым она обращалась за помощью, почти ничего так и не сделали. Почти, потому что, давно ещё, несколько предпринимателей вскладчину оплатили коляску — за то, что она всех соседей и знакомых сагитировала проголосовать за определенного кандидата, и он прошёл на выборах.

Единственный, кто её навещает, звонит — это подруга, с которой вместе работали экскурсоводами.

— Помогает, приходит просто поговорить по душам, — рассказывает о ней Валентина Николаевна. — Поплачем, посмеемся, и на душе полегчает. Человек в коляске — это очень одинокий человек.

…Её день начинается с молитвы, потом гимнастика, утренние процедуры. Увлеклась рисованием — в квартире много работ Валентины Николаевны. Несмотря ни на что, они очень радостные, будят чувства и дают ощущение жизни.

Вот так и живет она 34 года в стенах квартиры, из дома выбиралась только несколько раз, когда ездила в санаторий, а ей так хочется на улицу, прогуляться по двору, увидеть, каким стал город за годы её невольного затворничества, съездить на озеро, в дендросад… Кстати, и в санаторий уже не съездишь. В советское время профсоюз обеспечивал бесплатными путевками, а сейчас выделяют 50 тысяч на неё саму и сопровождающего. Но нужно ещё оплачивать лечение и пребывание, а где инвалиду взять деньги? То есть, формально помощь оказывалась, но ничем из этого Валентина воспользоваться так и не смогла.

— В отчётах всё нормально, везде пандусы, на которые потрачены большие деньги, а для кого они, если инвалид не может элементарно из дома выбраться? Одна показуха! — говорит Валентина Николаевна.

…Слушая монолог человека, который половину жизни провел в инвалидном кресле, невольно приходишь к мысли, что на её месте может оказаться любой. Вчера ты был здоров, полон сил и амбициозных планов, а сегодня, случай ли, болезнь, — уже смотришь на мир из инвалидной коляски…

Елена Фролова.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

17 + четырнадцать =