Снос начался, но…

В первой половине дня 1 февраля у ворот дома №172 на улице Правая Набережная было непривычно многолюдно. На проезжей части стояли легковые и служебные машины, а во дворе толпились судебные приставы, сотрудники полиции и рабочие, которым предстояло начать снос незаконной пристройки-веранды и второго этажа.

snos-1Попытки попасть в дом, чтобы предъявить владелице документы о сносе, о чем она, кстати, была предупреждена накануне, не увенчались успехом. Женщина впустила лишь медиков, приехавших на ее вызов (видимо, увидев в окно нежданных гостей, у нее резко ухудшилось здоровье), зато с необычайным проворством закрыла дверь перед судебными приставами и сотрудниками полиции. Чуть позже пришел ее сын, за которым также быстро захлопнулась дверь.

А ведь всего этого могло бы не быть, если бы не желание превратить доставшуюся в наследство переднюю часть дома, некогда принадлежавшую семье Шеманаевых-Котюниных, в добротный двухэтажный особняк. Естественно, расширив при этом его границы. Наперекор всему: мнению владельцев второй половины дома, судебным решениям о незаконности возведения веранды, из-за которой окно второй половины, в которой проживал 88-летний ветеран Великой Отечественной войны Валентин Николаевич Котюнин, упиралось в глухую стену этой веранды.

Дому более 90 лет. Возвел его Петр Николаевич — глава семейства Шеманаевых-Котюниных. Когда его сыновья обзавелись семьями, пятистенный дом поделили на две части. В одной из них, так называемой, задней, в 1927 году родился Валентин Николаевич. Отсюда он ушел на фронт, сюда же в 1954 году привел молодую жену, здесь родились их трое детей — две дочери и сын. Когда семье стало тесно, сделал к своей части дома пристройку.

Вторая часть дома после смерти дяди и его жены в 1994 году перешла в наследство их племянницам, а спустя почти два десятка лет одна из них стала собственницей. Она и затеяла реконструкцию, превратив свою наследную часть в двухэтажный коттедж.

По словам Татьяны Котюниной, младшей дочери ветерана, умершего так и не дождавшегося света в окне, ни совета, ни согласия на перестройку своей части дома его владельца у них не спрашивала. Дело провернула так быстро, что через три месяца после сноса старой части дома на его месте появился двухэтажный особняк. Понятно, что люди хотят жить в нормальных условиях, но зачем ухудшать жизнь другим?

Переславским районным судом был наложен запрет на строительство, но судебные приставы не спешили с исполнением решения, в результате дом был достроен. Областной суд от 27 июля 2014 года вынес постановление — до 1 июня 2015 года снести пристройку-веранду и демонтировать второй этаж, приведя его в соответствии с техническим паспортом дома от 1993 года. Время шло, а решение не исполнялось. Неоднократные требования, которые вручались владелице дома, игнорировались с подтекстом, дескать, вам надо, вы и сносите. Чтобы решение суда все же было исполнено, служба судебных приставов вынуждена была заключить договор с подрядной организацией.

Видя, что угроза сноса становится реальностью, владелица вызвала сына. Тот, конечно же, встал на защиту матери и ее особняка, заявив, что действия судебных исполнителей и рабочих, которые начали разбирать стены, незаконны, и потребовал соответствующие документы. Как пояснил судебный пристав Эдуард Сигарев, сын не является стороной исполнительного производства, поэтому не имеет права требовать документы. На предложение пройти в дом и поговорить с его хозяйкой сын пообещал обратиться в прокуратуру. «Чтобы все было по закону», — сказал он при этом. Удивительно, человек вспомнил о законе, который нарушен его же матерью? Надо думать, и им самим, поскольку возводился особняк, наверняка, при его содействии, и, скорее всего, он в курсе судебных решений о его незаконности…

В конце прошлой недели Татьяна Котюнина рассказала, что работы по сносу приостановлены. По каким причинам, неизвестно. 1 февраля, когда рабочие ушли на обед, к дому подъехала дочь владелицы и стала фотографировать результаты сноса — отодранные доски, срезанную водосточную трубу. Прибывший после обеда вместе с рабочими судебный приставов Эдуард Сигарев предложил ей (мать к этому времени была увезена на «скорой» в больницу) начать освобождать помещение, поскольку работы по сносу будут продолжаться. На что она сказала, что ничего делать они не будут, а «виновные» ответят за порчу имущества.

— Как нам пояснили судебные приставы, ни погодные условия, ни состояние здоровья ответчицы не являются причиной для приостановления исполнения решения суда, — продолжила Татьяна Котюнина. — На деле же получилось несколько иначе — работы приостановлены, а сама хозяйка, которую якобы увезли в больницу с инфарктом, через день уже была дома.

Тамара Воробьева.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

десять − четыре =